Иллюзия

  • Страница 1 из 1
  • 1
Модератор форума: Xandir  
Форум » Приют альпиниста, спелеология » Отчёты о восхождениях » Иллюзия (Изучение и первопрохождение пещеры Иллюзия (Абхазия))
Иллюзия
квадрат Автор 14.01.2010 / 16:05 / Сообщение 1
Оффлайн
Проверенный
Сообщений: 247
Награды: 2
Репутация: 28
ИЛЛЮЗИЯ

© Алексей Шелепин 2005, 2006
В оригинале опубликовано на сайте
Комиссии спелеологии и карстоведения
Московского центра Русского географического общества
http://www.rgo-speleo.ru/biblio/illuzia.htm

Часть 1. ПРОБУЖДЕНИЕ ИЛЛЮЗИИ

Посвящается не участвовавшим в экспедиции товарищам,
занимавшимся поиском входов в районе Снежной более 1 раза.

Человеку свойственно надеяться. Например, исследователю пещер – что его пещера будет большой, красивой и глубокой. Признавать, что надежда иллюзорна, никто не хочет. Поэтому на просторах нашей бывшей необъятной родины согласно "Перечню классифицированных пещер от 1989 года на пять "Надежд" приходилась только одна "Иллюзия". Самое же частое название пещер в СССР – “Юбилейная”, 7 штук, свидетельствует не о бедности фантазии, а о том, что спелеологи в среднем люди веселые и любят отмечать события знаменательные и не очень.
***

Если в 2004 году я предпринимал серьезные усилия, чтобы собрать небольшую команду с целью прохождения в августе потенциальных верхних входов в систему Снежная-Меженного, то в 2005 году обошлось без них. О кворуме можно было не беспокоиться: Юра Евдокимов еще зимой объявил о том, что поедет команда из физтеховского “Барьера”.

ПЛАН

Изначально нас будет 18, вещи забрасываем абхазским вертолетом за 28 тыс. руб. Трое сразу уходят в Снежную.
5-8 августа сбрасываются почти все, кроме меня, Саши Гусева и Кати Жмыровой. Покорители Снежной вылезают примерно 13 августа, Дима Ртищев сбрасывается сразу, Саша Дегтярев 18-го, а Саша Власова остается с нами до конца, сбрасываемся 26-27 августа. После 18 августа на массиве в пещере МиКо будет работать саратовско-новомосковская группа Олега Цоя, с ней можно будет взаимодействовать.
Снаряжения у нас метров на 500-600 вертикальной пещеры, как основные объекты расширительных работ планируются пещеры Труба и Иллюзия. Для работы в них у нас имеется 2 ижевских перфа на 220 В, аккумуляторные Bosch и DeWalt на 24 В и киловаттный генератор ТСС-ЭЛАБ-1000Ки. Если ничего не посчастливится откопать, можно будет поработать с Олегом в пещере МиКо, глубина которой около 450 м. А то я, настойчиво ковыряясь в разных перспективных закопушках, уже несколько лет не спускался в пещерах глубже 350 метров.

ЗАБРОСКА

23 июля - день отъезда. Как только поезд выехал из Москвы, вспомнил, что с собой нет материалов из отчета Саши Сорокина 1984 г. о поиске по протаявшим снежным воронкам под вершиной – то есть точно в районе планируемых работ. Звонки по телефону, и проблема решена: Андрей Пильский в Москве сканирует отчет, а ожидающий нас в Адлере Коля Хмелевский принимает и печатает его в интернет-кафе.

24-го июля я после 20-летнего перерыва снова сыграл партию в преф и более того, сыграл мизер, благодаря чему избежал проигрыша. Играли на пиво.
sms 23.07.2005 22:21 Пильский, Андрей:
Потребуются точные координаты вершины Хипсты.

25 июля мы были в Дурипше (село это до нас в разное время посещали также Н.С.Хрущев и Ю.М.Лужков) в доме Руфика и Гурама Тания, а барахло уехало с 4-мя сопровождающими в Сухумский аэропорт.

26-го целый день лил дождь, наверх пошли только 27-го. С собой несколько палаток (не на всех), еды на день, спальники и коврики. Забросились в “лагерь Усикова” (высота около 2150 м) – ближайшее к вершине место, где можно поставить много палаток и жить с комфортом, я там уже жил в 1990 году. Вечером сходили за заначкой к пещере ИГАН-4 на гребне над Снежной, ребята понесли в лагерь тент, часть еды и веревки, я же оттуда сразу спустился на балаган к Гураму договариваться об охране, где и заночевал. С утра с 2-мя большими дрынами, вырубленными для установки лагерного тента, пошел от Сувенирной поляны к лагерю напрямик (как говорится, по азимуту). Это явно было не самым умным моим решением за время экспедиции. Очень быстро я ощутил себя почетным членом общества по созданию трудностей с целью их последующего преодоления. К моему удивлению, прямо на пути обнаружились заросли кустарника, обрывы, провалы и даже карровое миниплато. Красиво, конечно, но станок и дрыны определенно мешали поэтическому восприятию.
Разобрали старую заначку 80-х годов. Всеобщее внимание привлекла необычная спусковуха по тросу – решетка с двумя алюминиевыми трубками-перекладинами диаметром около 10 см. Долго обсуждали, какому древнему заслуженному спелеологу она принадлежит. Разгадка оказалась простой и неожиданной: прибывший на следующий день Боря Галицкий признал ее своей. Ведь он участвовал еще в знаменитой экспедиции 77 года, когда был пройден 5-й завал Снежной – был одним из детей, обитавших на поверхности в базовом лагере. В той экспедиции тройка Д.Усиков, А.Морозов, В.Федотов прошла Пятый завал. А через 2 года глубина Снежной перевалила за километр, и она стала глубочайшей в СССР.
Вертолет 28-го июля так и не прилетел, несмотря на прекрасную солнечную погоду – внизу на высоте 1100-1200 м тонкий слой облачности, Василич лететь не хочет. Утром 29-го та же картина, но от нас по телефону известно, что наверху облаков нет, и вертолет вылетает. Василич садится на локальном гребешке посереди крутого склона метрах в 300 от лагеря, выгружает часть мешков там, а часть – у Снежной.
Стали переносить вещи в лагерь, смотрю – нет генератора. Приспустился с холма, осмотрелся – вдруг куда укатился при разгрузке – не видно. Наверно, по ошибке у Снежной сгрузили, оставить вроде нигде не могли. Я еще в поезде, похоже, изрядно надоел Саше Дегтяреву как самому аккуратному и ответственному из едущих в аэропорт, раза три показывая на генератор, говоря при этом, чтобы не забыли и обращались бережно.
Боря Галицкий сходил к Снежной, часа через 3 вернулся – там тоже нет. Пошли с ним еще раз на место разгрузки вертолета. Разошлись в разные стороны, бродим по склону. Вдруг Боря кричит, что видит генератор.
- Где?
- От тебя не видно, он далеко внизу лежит.
- …!!!
Генератор укатился по склону метров на 100 или даже больше, метров 40 перепада, пара трамплинов по 2-3 метра. Был он в специально сшитой мной сумке из кордуры и обложен слоем пенки. На месте начали распаковывать - куча обломков корпуса. Запаковали обратно, и я, громко произнося разные нехорошие слова, что для меня совершенно нехарактерно (лет 15 назад хорошо меня знавшая девушка очень удивилась, узнав от других товарищей, что я тоже иногда могу кратко и доходчиво выражать важные мысли), поволок сумку в лагерь.
Без генератора вся экспедиция - псу под хвост. Думаю, с утра с ним спускаться или уже сегодня рвануть вниз. И самому в Москву ехать или доброго Женю Снеткова напрячь насчет ремонта, а генератор с проводниками из Адлера передать.
Но после некоторой переборки (склеили ферритовый сердечник, перебрали пусковой механизм, много клеили корпус) - заработал. Российская отверточная сборка, китайские детали и японская технология дают прекрасное качество! Ну и ремонтная бригада из выпускников физтеха и физфака нашла достойную область применения своего интеллекта. К вечеру обмотанный скотчем генератор гордо стоял на кухне.
Два следующих дня я в основном бегал по поверхности вокруг вершины и показывал большой группе товарищей во главе с Юрой Евдокимовым объекты возможного приложения сил. Боря Галицкий занимался поисками входа в МиКо и копал снег в воронках, правда, как потом выяснилось, в изрядном отдалении от этого входа. Снежнинцы улезли в Снежную.

ВЕРТИКАЛЬНАЯ ИЛЛЮЗИЯ

Коля Хмелевский и Максим Попов из физтеховского “Барьера” сразу захотели освоить расширительные технологии и выбрали для этого Иллюзию как более близкую к лагерю.
Последний раз я был на дне Иллюзии в 1992 году уже во время грузино-абхазской войны. Заканчивалась пещера узкой практически вертикальной щелью, в которую я пытался протиснуться до полного обжатия, сняв обвязки и оставив на ногах лишь стремена с веревками, идущими к зажимам (ходил я тогда рука-рука). Метрами 3-4 ниже по щели была видна полочка, мимо которой можно было кинуть маленький камень, и он улетал куда-то, стук затихал вдали. Так что название пещеры, данное в 1980 году Татьяной Немченко, прекрасно отражало суть. Тем более, это была манящая Иллюзия, Иллюзия с большой буквы: тогда ее соединение со Снежной, добавив к амплитуде последней сразу 400 метров, дало бы глубочайшую пещеру мира. И не только тогда, а даже всего лишь год назад... Сейчас – вторую в мире, что, в общем-то, тоже неплохо.
Иллюзию нашли весной 1980 года, когда экспедицией Александра Морозова проводился поиск по протаявшим в снегу воронкам. Каменная пробка в одном из углов зальчика на дне входного колодца раскопана экспедицией Татьяны Немченко летом того же года, но через 4 метра спелеологи уперлись в щель. В 2001 году в пещере работал с бензиновым перфоратором Антон Саакян. Он несколько расширил подходы, но завалил проход и камни больше уже не летели к центру земли, а ложились рядом на упомянутую полку.
Навесили, спустились в 36-метровый входной колодец. Залез в дырку в углу зальчика – как-то не очень похоже на картинку из воспоминаний, или склероз, или Антон подрасширил. Только когда сполз в самый низ, посмотрел наверх – картинка из воспоминаний и зрительная более-менее совместились.
Начали работать. Взял в руки желтый перф (DeWalt), включил – работает. Нажимаю, время идет, результата не видно. Порода что ли такая твердая? Через некоторое время понял, что перф не долбит, а только сверлит, хотя и издает звук, как при долбежке. Этот звук и обманул меня в Москве, когда я забирал перф у Димы Корочкина. Им Дима что-то перед нашим отъездом в своем гараже делал...
Ну что ж, сегодня нормально поработать не получилось, но я понял так, что истории с генератором и перфом – это счастливые предзнаменования успеха - ну должно же везти хоть где-то. Ведь еще не все потеряно – у нас в лагере 3 исправных перфоратора!
С этого дня начались ежедневные прогулки - 250 м вверх - вниз (Иллюзия находится на высоте 2390 м), причем вниз обычно уже в темноте и зачастую в тумане. Надоедает, конечно, но очень помогает похудеть. Я в результате похудел на 7 кг, так что настоятельно рекомендую.
На следующее утро мы притащили ко входу генератор и повесили 50 м провода. На подходах к непроходимой узости были две проходимые, причем из нижней я вылезал долго и мучительно, а верхнюю проскакивал, почти не замечая, Коля Хмелевский - с точностью до наоборот, так что пришлось расширять обе. Несколько дней наша тройка долбила проход к видимой внизу полочке. Мы, конечно, менялись местами, но стандартной была следующая расстановка: Макс - на поверхности с генератором, Коля - в узости с перфоратором, а я играл роль пингвина, сидящего на дне входного колодца, изредка подающего перфоратор в щель и транслирующего команды вкл/выкл наверх с помощью рации, благо была прямая видимость.

2-го августа Коля, наконец, пролез в небольшое расширенье над полочкой (в нем можно было повернуться вокруг своей оси) и стал пытаться там что-нибудь расширить, долго ковырялся, в результате засверлился в какой-то камень у себя под ногами. Сверло прошло насквозь и застряло. Он долго что-то сверлит, стучит, бурчит себе под нос, раздается какое-то звяканье.
Наконец Коля вылезает из узости:
– Леша, у меня есть две новости – плохая и хорошая.
– ???
– Я упустил в колодец твой бур на 14. Но как он летел, как летел!
Еще пара бухов, открылась дырка, мелкие камни снова стали пролетать вниз. В принципе уже можно пролезть, но еще очень узко. Откладываем прохождение на завтра.

sms 03.08.2005 00:15 Шелепин, Сергей:
Да все в порядке. Европа красивая. Ты не в пещере?

3-го августа с утра пасмурно, иногда накрапывает дождик. К середине дня проглядывает солнце, становится веселее, и мы выходим в Иллюзию. Под вершину также идет группа во главе с Юрой. Так как узость сырая, а перф работает от 220, я после некоторых раздумий одеваю гидру, в общем-то, здесь абсолютно не нужную, в качестве изолятора. При одевании у дыры обнаружилось, что я не только забыл приклеить шейную манжету, но более того, вообще забыл эту манжету в Москве. Весной при ремонте прорезиненного изделия в спешке перед отъездом я ее плохо зачистил, в результате, плавая в сифонах Красной и Мар-Хосара, затекал, а по приезде в Москву с видимым удовольствием отодрал манжету от гидры и положил рядом…
Макс запускает генератор. По плану я пролезаю в небольшое расширение над новым колодцем, ликвидирую узости сверху и снизу, а Коля постепенно спускается ко мне, качественно вешая телефонный провод, анкера D8 для которого были забиты накануне. Начинаю с того, что в узкой части сверлю дырки под дюбеля для полевика, потом под шлямбур над новым колодцем, потом 4 для зарядов.
Досверливая последнюю, с удивлением вижу падающие сверху капли воды. Отступаю в расширеньице и ору наверх, чтобы выключили генератор, но это абсолютно бесполезно – в колодце уже шумит поток. Расход воды увеличивается и вскоре достигает примерно 3 литров в секунду. Вылезать наверх вдоль электрического провода с розеткой, висящей в ручье, к тому же затыкая собой проход – явно не лучший выход. Как хорошо, что я в гидре! Несколько минут выискиваю позу, чтобы не лило за шиворот – капюшона у меня нет, как и шейной манжеты. Сбросил с полки пару сравнительно больших камней, мелкие и глину тут же уносит поток. Внизу глубокий колодец, так что меня затопить не должно. Да и воздух по-прежнему дует вниз, значит, вода не перекрывает весь проход. Через полчаса паводок достигает максимума, ток воздуха прекращается и даже начинает дуть наружу! Значит, пещера где-то “захлебнулась”. Впрочем, вскоре циркуляция восстанавливается. Перекрикиваюсь с Колей, ему пришлось отсиживаться промокшим на дне колодца, так как подняться наверх не было возможности. Вода спадает, Коля, наконец, вылезает наверх, генератор выключают, и после полуторачасовой отсидки я вылезаю под колодец. Снова спустившийся Коля говорит, что во вход тек полноводный ручей, а основная вода на мое счастье уходила в противоположном углу зальчика в каменный навал, где образовалось озерцо, в мою дырку шла только десятая часть! Мда… Что же сейчас творится в Снежной на реке?
Несмотря на то, что Коля промок, а две посверленные вниз дырки замыты, и заряды в них сейчас не вставить, решаем посмотреть, что там внизу. В результате Коля приспускается ниже моего шк (шлямбурный крюк, прим. мои КБС) метра на 2, забивает спит и съезжает по узкому (ширина см 60-70) колодцу метров на 25 до полки. Там сверху приходит колодец диаметром метра полтора-два и становится шире. Коля поднимается, вытаскивая за собой веревку, чтобы завтра окончательно доработать проход в новую часть.
Мои вещи, лежавшие раньше в палатке, теперь, спасибо Боре, лежат в пакетах на кухне. Солидный ручей проходил аккурат через мою палатку без дна, вещи плавали на ковриках. Спальник, впрочем, вымок не сильно, и за час я его высушил на газовой горелке. Ребята рассказывают, что по поверхности по балкам текли потоки, напоминающие небольшие речки. Сколько лет сюда езжу, никогда такого не видел. Как будто природа решила со вкусом отметить наше проникновение в глубину Иллюзии…
На следующий день мы с Колей сидим в лагере. У меня финансовые перерасчеты перед сброской части народа, но по большому счету просто лень. Макс в числе 7 человек из “Барьера”, сбрасывающихся завтра вниз. Коля Хмелевский пребывает в раздумьях, так как имеет возможность остаться до 8-го. К середине дня Макс собирается и выходит таки в Иллюзию. Вылезши, радостно сообщает по рации, что Коле надо обязательно оставаться, так как пещера идет, он спустился в глубокий колодец, посередине забив спит для оттяжки, колодец продолжается. Когда же Макс возвращается в лагерь, выясняется, что сегодня он спустился до той же полки, что и Коля вчера. Коля все же принимает решение остаться. Весь вечер мы с ним и с Сашей Гусевым занимаемся важнейшим неотложным делом – возлежа на ковриках, расписываем пулю. Меняется только фон: легкая облачность, восхитительный закат с переливами красок и, наконец, сумерки.
Юра сотоварищи идет в пещеру, расположенную метров на 50 ниже Иллюзии. Глубоким вечером возвращается и берет еще веревку. Уже в ночи пещера все же затыкается на глубине 55мм и получает название “Закуска”.

5-го с утра – фото на память, и часть народа сваливает вниз. Мы с Колей выдвигаемся в пещеру. Коля забивает спит и спускается до дна, я за ним. Глубина около 100 м. Под колодцем – площадка 2 x 1,5 м. Сюда и прилетел уроненный немецкий бур-ветеран, служивший верой и правдой в нескольких экспедициях - Акшаша, Самохват, снова Акшаша, Птичья, Красная, Мар-Хосар. Твердосплавная головка с заточкой под известняк осталась целой, но сам он сильно погнулся – похоже, при чистке колодца на него упал камень. Хороший был бур, у наших и польских головка выкрашивается обычно гораздо быстрее.
В монолитном полу – углубление, из него вниз ведет крутонаклонный ход, сначала чрезмерно узкий, потом видно расширение. Можно, изрядно помучившись, расширить проход кувалдой, но перфом будет явно быстрее и удобнее. Тут обнаруживается, что мы забыли взять с собой заряды. Коля благородно вызывается сбегать за ними (это 100 метров вверх по навеске, 250 м вниз до лагеря и обратно). Я пока, чтобы веревка не терлась, делаю перестежку в 4 м от дна, вынимаю из углубления на дне “лишние” камни, отбиваю, что отбивается. Тут подходит Коля, пара дырок справа-слева, еще пара, становится достаточно широко, спускаемся метров на 5. Там камера округлых форм и локальное сужение, за которым следующая камера, прекрасное эхо. Засверливаю еще 2 дырки по сторонам узости, и здесь становится широко, спускаюсь в камеру.

ГОРИЗОНТАЛЬНАЯ ИЛЛЮЗИЯ

Мдааа... Вот оно, наконец-то. Свершилось то, что должно было свершиться. Вот она какая, горизонтальная Иллюзия – сапог не лезет. Да если бы и пролез, чуть дальше ход перекрывают камешки размером немного больше грецкого ореха. Вот здесь пещера и “захлебнулась” во время паводка. Слышен шум воздуха, который мне, как всегда, очень хочется считать шумом воды в большом колодце.
Широкие колодцы часто приводят к узкой щели – падающая вода обладает гораздо большим воздействием, чем вяло текущая. Здесь же и вертикаль была не широкой. Много горизонтальной Иллюзии мы не потянем. Горизонтальная Труба была гораздо шире – сантиметров 15 в ширину на 70 в высоту. Может, мы не там работаем? В Иллюзии было изначально очевидно, что шанс на прохождение – в скорейшем соединении с еще каким-нибудь стволом. Напоминаю себе про сделанный несколько дней назад свой же публичный прогноз, основанный на фото протаявших воронок вокруг Иллюзии из отчета Саши Сорокина – на глубине от 100 до 150 метров должна быть структура, объединяющая все эти воздухотоки. А мы уже спустились метров на 105-110. Еще 40 метров, и золотой ключик точно наш. Нет, лучше 4 метра, 40 не пройдем. Да и продышины в снегу все близко друг от друга, метрах в 10-15 по горизонтали. Так что вряд ли нам придется долбить больше. Ну что ж, будем считать, что это – самое узкое место пещеры (шум воздуха характерен именно для таких мест), а еще лучше – что это шумит вода в паре метров. Надо быть оптимистом!
Коля выносит аккумуляторы, я иду налегке. Вечером в лагере для поднятия боевого духа еще и еще раз смотрю на фото протаявших воронок. С утра загружаюсь с комплектом больших аккумуляторов. Работать можно в одиночку, до расширения для складирования камней в буквальном смысле рукой подать. Десять бухов, метр слабонаклонной проходки, и через открывшуюся щель становится виден уступчик метра 2 и угадывается камерка, потом ход поворачивает направо. Очень хорошо! Подходит Коля, выносит аккумуляторы, я опять вылезаю налегке.
На поверхности, перепутав пластиковые бутылки, он делает попытку заправить генератор водой, и это отчасти удается. Ну что ж, действие, в некотором роде обратное виденной мною в пещере Крестик на Фиште попытке вскипятить кастрюльку бензина на газовой горелке. Денис Провалов в 1994 году занимался этим в подземном лагере, также перепутав бутылочки, результатом чего стал небольшой пожар в замкнутом пространстве.

sms 08.08.2005 А.Ш. – интересующимся:
Один метр прошли, два видно.

Вечером уже в темноте сидим на кухне, и вроде слышны крики на склоне в стороне Снежной. Когда кажется в третий раз, выхожу навстречу. Метрах в 200-х от лагеря встречаю Сашу Дегтярева и Диму. Учитывая, что 3-го был сильнейший паводок и то, что выход наверх явно является преждевременным, хочется поинтересоваться, где Саша Власова. Оказывается, она просто легла спать у пещеры. Рассказывают про паводок . Впечатляет. Паводок, заставший их на горизонтальном участке подземной реки, пришел столь быстро, что даже не успели надеть капюшоны гидрокостюмов. Александра все же успела ножом, переданным ей Сашей Дегтяревым, отрезать страховочный ус, который был пристегнут к мешкам, иначе бы так и осталась под водой. Потом их с Димой смыло, но они сумели в разных местах зацепиться за стенки. С концами унесло мешок с едой и газом. Ну что ж, хорошо то, что хорошо кончается.
Дойдя до лагеря с частью вещей, они, поделившись впечатлениями, уходят обратно. Дима завтра собирается сбрасываться, Саши завтра к вечеру придут к нам, перетащив барахло от Снежной.

8-го утром в сильный дождь сбрасываются еще пятеро, в том числе Боря Галицкий и Коля Хмелевский. Нас теперь шестеро – я, Саша Гусев, Катя Жмырова, Саша Власова, Саша Дегтярев и Астамур, охраняющий нас от нежелательных гостей. Договариваемся, что будем работать в Иллюзии через день двойками – я и Гусев, Дегтярев и Власова.
Генератор по-прежнему стоит у Иллюзии, хотя уже третий день работаем от аккумуляторов. При зарядке аккумуляторов обнаруживаю, что в генераторе смесь масла и воды. Выливаю жидкость в емкость, сливаю тонкий слой воды сверху. Двигатель запускается, но масло явно перемешано с водой. Надо менять. Саша Гусев идет за маслом в лагерь. Заливаем новое. Теперь другая напасть – насос не прокачивает бензин. Спускаем генератор в лагерь, вдвоем с Астамуром ковыряемся в нем. Наконец находим неисправность – через трещинку в резиновой трубке, служащей для подачи бензина в карбюратор, подсасывается воздух. Отрезаем кусок трубки, все работает. Темнеет. Ставим аккумуляторы на зарядку, на кухне вешаем лампочку 40 Вт.

sms 08.08.2005 23:10 ???
Передай Астамуру, что Гурам может задержаться к 12 числу! Как успехи?

9-го выходим с Сашей в пещеру. Несколько бухов – и мы в следующей камере. Нешироко, сначала даже развернуться сложно. Работаем там по очереди, отбиваем выступы, засверливаемся дальше по ходу. В него аккурат сапог пролезает. Лежа с засунутой в продолжение правой ногой, делаю 3 дырки: одну как можно дальше и две у пояса на расширение. Понемногу продвигаемся.
На следующий день в пещеру идут Саши – Власова и Дегтярев. Выйдя на поверхность, в один голос заявляют, что теперь будут работать только порознь. У каждого своя точка зрения, в какую точку засверливаться, и никто не хочет играть роль пингвина, подающего перфоратор.
Снова наша очередь, снова в лагере для поднятия боевого духа смотрю фото протаявших воронок. В нижней камере стало гораздо удобнее, но проходка явно пошла слишком широко – непонятно, куда нам деть столько камней, особенно если узость будет продолжаться. Действую в основном по той же схеме, что и в предыдущий выход – засовываю ногу как можно дальше и т.п. И так несколько раз. К вечеру от начала узости пройдено 2,5 метра. Залезаю лицом вперед, видна небольшая камера, за ней локальный пережим и вроде вертикаль. Пытаюсь попасть туда камушком, наконец, удается, летит метра два. Неплохо.
С утра в пещеру выходит Дегтярев, его сменяет Александра. Пролезла в камеру и даже сделала за ней пару бухов, но очень узко, все завалено камнями. Да и место такое, что надо далеко через узости камни откатывать, а значит работать у забоя, по крайней мере, вдвоем.

13-го утром я заявил, что завтра, в воскресенье, будет день отдыха от Иллюзии и надо будет вынуть веревку, без дела лежащую там под концом навески – пойдем под вершину Хипсты осматривать другие потенциальные входы. Экспедиция уже за середину перевалила, а я так пока больше ни в какой другой пещере не был... В Иллюзии же из-за заполнившего все пустоты отвала стало практически невозможно работать. Так что в первой половине дня трем джентльменам пришлось устраивать коммунистический субботник по выносу камней на 10-15 метров вверх по извилистому и неширокому ходу под колодец. Сначала дернули 11 мешков из заваленных под завязку камер, из которых начиналась проходка. Потом еще несколько уже почти от забоя, и Саша Дегтярев пошел на выход. Лучше было бы конечно еще пяток мешков дернуть, но и так уже работать можно.
Пролезаю ногами вперед в последнюю камерку, развернуться в ней нельзя. С трудом передаю Саше Гусеву камни, становится посвободнее, но развернуться, чтобы засверлиться в продолжение или хотя бы вынуть оттуда камни, по-прежнему невозможно. Надо либо начинать длительную компанию по расширению подходов, но тогда еще возникнет вопрос, куда деть отвал, либо вынуть камни из продолжения, чтобы было куда деть ноги. Спускаюсь как можно ниже и, наконец, оказываюсь в позе нерожденного младенца – колени подтянуты к подбородку. Конечно, компактно получается, только работать в ней не очень удобно. Просовывая руку между ногами под пятую точку, вынимаю камни, сначала маленькие, потом побольше. Дело пошло. Минут через 20 уже почти можно нормально сидеть, а мелкие камни снова начинают проваливаться куда-то на пару метров вниз, как это было позавчера.
Кричу – пробую эхо. Никакого эффекта. То есть небольшое эхо есть, но по ощущениям приходит сверху. Похоже, до счастья – как до Китая пешком. И камни некуда складывать. Отсюда, чтобы дергать мешки сразу под колодец, понадобится цепочка из 7 человек, у нас столько нет, придется высыпать на полдороге, потом снова грузить. Стучу правым сапогом по стене. Эээ… Странно… Что это? Еще раз. Точно, стук сапогом порождает неясный низкочастотный гул. Впереди должно быть расширение! Наконец-то! Но почему же нет эха? Прислушиваюсь. Вроде бы звук журчащей и капающей воды. А может, только кажется.
По очереди в неудобных позах сверлим дырки, оттаскиваем наверх камни. Ноги уже пролезают вниз, но первый из двух метров вертикали узковат. Снова примериваюсь, еще бух, чтобы пролезть. Какие-то острые ребра торчат через метр, мешают, не дотянуться до них. А снизу их кувалдой легко можно будет снести. Уже поздний вечер, Борода предлагает выходить наверх. Ну, уж нет! Опять лезу, на спине трещит комбез, на выдохе пропихиваюсь-таки вниз.
Расширение, в полу темнеет дырка. Засовываю туда голову, озираюсь. Темнота, стена просматривается только с одной стороны, откос с крупноглыбовым навалом уходит куда-то вдаль. Вот оно, счастье: теперь не надо таскать камни наверх, можно их просто сбрасывать. Но если не будет очевидного прохода вниз, трудновато будет в зале ток воздуха отлавливать. Теперь понятно, почему практически не было эха – зал слишком большой: если кричать из входа в пещеру наружу, эха тоже не будет.
Итак, достигнуто маленькое очко, выводящее в потолок большого зала – той самой предсказанной “структуры на глубине от 100 до 150 м”, объединяющей воздухотоки с фото Сорокина. Глубина составила 110-120 метров. Похоже, мы прорвались.

С утра в пещеру с большими аккумуляторами идет Саша Дегтярев, за ним часов через пять Саша Власова с маленькими. Дегтярева она застает терпеливо ожидающим под колодцем: у электрошланга, выходящего из аккумуляторов, где-то внутри оборвался провод, а очко в зал слишком узкое, не пролезть. После того, как очко становится проходимым, Александра остается расширять подходы, а Дегтярев спускается в нижней части зала в обводненный колодец. На дне узкие ходы и не дует. Спускается в соседний сухой, на дне уходит вправо – там за широким проходом с сильным ветром чернеет жерло следующего.

ГЛУБОКАЯ ИЛЛЮЗИЯ

sms 15.08.2005 13:28 Гомарева, Люба:
А у меня паркет новый! wink Сухум: 16,17 – солнце, +30! Завидую!

Подсчитываем имеющиеся ресурсы. Веревки много, карабинов еще больше, 43 спита (Саша Дегтярев выложил 20 своих, а из моих более чем 30-ти осталось 23) и 2 шк, а вот ушей всего 35 штук. Превышение числа карабинов над числом ушей легко объяснимо – они в своем большинстве плавно перетекли из экспедиции в Снежную, а там значительная часть навески делается за старые шлямбурные крючья.
Надо экономить уши! Саша Дегтярев высказывается в том смысле, что забивать надо по возможности меньше, тогда пройдем дальше. Я говорю о том, что надо делать нормальную навеску, а там уж докуда дойдем. Саша прекрасно понимает, что никак не сможет помешать мне извести драгоценный ресурс на всякую фигню, и смотрит на меня, как удав на кролика за стеклом – съесть хочется, а никак не возможно.

15-го днем втроем выходим в пещеру. Мы с Гусевым – навешивать, Саша Власова – расширять подходы к залу. В колодце, ведущем в зал, висит за спит веревка, подстраховка за тросовую петлю, надетую на выступ. Взрываем нависающий камень, выступ с тросовой петлей отпадает при этом сам. Однако…
Снизу “Иллюзорный” вход в зал смотрится как маленькая дырочка в потолке, из которой слегка капает. Если бы из дырочки не свисала веревка, ее было бы даже трудно найти. Обхожу зал, местами приходится заниматься лазанием. Сверху приходят несколько больших колодцев, меандр, также упирающийся в восходящий колодец, несколько ручейков, в одном месте очень сильный ветер.
Вниз ведет широкий колодец. Вешаю перила за глыбу, начинаю бить спит. Александра в это время скидывает камни в зал. Вроде далеко и углом, но один, отразившись от стены, летит в меня и попадает в руку, которой я успеваю прикрыться.
Спускаюсь в сухой колодец, налево – проход на дно мокрого, направо ведет ход шириной в пару метров и высотой метров 5-7 с сильным ветром. Похоже, расход составляет несколько кубометров в секунду, наверно даже больше, чем в Каньоне. Вылезаю в зал в безопасное место – ждем серию взрывов. Не все заряды срабатывают, похоже, была пара отсыревших.
Возвращаемся к месту работ, спускаюсь в колодец 18 м, посередине делаю перестежку с откачкой на несколько метров – иначе либо трется, либо на голову капает. Площадка с глыбами и следующий колодец. Глубиной метров 30, метрах в 10-ти полочка, на дне в лужах блестит вода, шумит ручей. Да, настоящая широкая пещера!
Забиваю шестой спит, но вкручивать уже нечего – ушей взяли всего пять. На выходе делаем с Сашей Гусевым топосъемку верхних 96 метров пещеры. Веревка на узком втором колодце метрах в 6 от дна сильно потерлась, надо будет попросить Сашу Дегтярева завтра забить там спит.

sms 16.08.2005 А.Ш. – Любе Гомаревой:
Навесили 2 колодца, 2 видно, глубина 200. Офигенно 8-) дует, объемы!

Утром в пещеру уходит Саша Дегтярев с мешком веревки. Я же иду за заначкой в колодце в районе пещеры ИГАН-4, на гребне над Снежной. Забираю обе бухты 11 мм коломенской веревки, всего больше 200м, 5-литровую емкость с сахаром, такую же с макаронами, еще какую-то еду, увязываю на станок. Веревка мокрая и тяжелая.
На месте старого лагеря нахлынули воспоминания. В том распадке мы почти месяц стояли в 1991, я тогда не ставил палатки, а жил в каменной нише с полиэтиленовой занавеской. Вот ровная рукотворная площадка, где стояла моя палатка в 2001, 2003 и 2004 годах. Маленькая кухня между глыб: каменный стол, такие же сиденья, разделочная доска, деревянный ящик из-под помидоров, в этой щели у нас был холодильник – висела колбаса и лежали банки с тушенкой. Долго сижу за столом, перед глазами проходят сцены былого. На душе тоскливо. Выше по склону пасутся лошади. Солнце, легкие облачка. Все как всегда…
Встаю, иду искать забытые в прошлом году в камнях 100$ и сколько-то рублей. Нахожу остатки полиэтиленового пакета, прогрызенного мышами, буквально впечатавшуюся в камень 50 рублевую купюру, пластиковую полоску еще от одной такой же и от 100 рублевой, от 100$ и следа нет – растворились, забавно... Снова долго сижу за столом, на площадке, где стояла палатка, брожу по лагерю, по ближайшим холмам. Травка, цветочки, ветерок, легкие облачка, бесконечность неба…
Выдвигаюсь незадолго до заката, станок тяжелый, кг 40, так что в лагерь прихожу уже в темноте. Возвращается Саша Дегтярев: прошел целых сто метров – со 170 до 270, забил там 6 спитов. Рисует схему. Три сухих колодца, пара мокрых, в последнем не хватило 4 метров веревки до дна.

17-го выходим втроем. Саши согласились делать топосъемку, я буду заниматься навеской. С точки зрения скорости прохождения это оптимально. Берем 10 ушей, 2 мешка веревки. Я выхожу чуть раньше. А вот и тридцатка, на которой мы позавчера остановились, на полке Саша сделал перестежку. На дне ручей уходит в щель, и чтобы подойти к следующему колодцу, надо подняться метров 10. Колодец – бутылка метров 15, веревка наверху трется. Надо было бить спит сантиметров на 80 дальше. Забиваю, как раз подходят ребята.
Следующий колодец метров 10. Прямо у устья лежит здоровенная глыба, кг на 50, если не больше. Пинаю ногой – шатается. Выбираю веревку, пинаю еще 2 раза – она с грохотом улетает вниз. Веревка и здесь трется, но несильно, ничего забивать не буду. Ниже она сильно трется о край полки, но вроде и донизу уже недалеко, да и улучшение я уже сделал – камень сбросил. Так что оставляю висеть, как висело (а зря – позже напротив полки оплетка вся сползла и пришлось завязывать узел).
Подходим к следующему колодцу – первому мокрому. Конечно, было удобно сидя забивать этот спит. Но веревка идет через перегиб и аккурат под воду… Ну, сэкономил Саша при первопрохождении минут 10, так ведь все равно следующему перебивать и перевешивать надо, и время, и спиты потратятся.
Вспоминается Московская, Корягинский колодец с мраморной плитой, прибитой к стене, там всего 19 м было и он один только и прошел вниз-вверх, а ведь хватило, чтобы веревка перетерлась. А в Алексинского над Михалинской 60-ткой был крюк, забитый в островок между рукавами ручья. Его тоже было удобно бить сидя. Похоже, первопроходцы за него делали навеску, а может, забили уже при спасработах? Хрен с ним, с первопрохождением, если хочешь ходить в пещеры долго, лучше не спешить, ведь и маленькие вероятности постепенно накапливаются… Ну ладно, пока я буду перебивать и перевешивать, ребята отснимут ответвление вверх. Привязал перила за ео (естественная опора, прим. КБС), перекрутил ухо на новый спит, повесил другую веревку, спустился.
Немного меандра – и 2-й мокрый колодец. Перил нет, веревка наверху не трется, но висит аккурат по воде. Ну, кто мешал забить спит метра на полтора-два дальше по ходу? Ладно, ребята погонят топо от верха этого колодца. Я пока перебивать не буду, отложу до следующего раза, все равно в гидре. Приспускаюсь на уступ, веревка через полку. Опять надо бить. Кричу наверх, ребята разматывают новую веревку, оставляя наверху запас для будущих перил. Говорю, чтобы меня не ждали. У меня 9 ушей и по-прежнему 2 мешка веревки. Голоса топосъемщиков постепенно стихают. На следующей полке есть спит, но уж очень близко к воде получается. Черт с ним, спускаюсь на следующую, на ней ничего нет. Забиваю спиты для перил и навески, и, наконец добираюсь до дна колодца. Большая площадка, подтаскиваю мешки, упаковываю снятую с колодца веревку, перекусываю.
Как и в предыдущем выходе, у меня с собой не 2, а 3 света: фара на каске, тикка и фонарь с 14 светодиодами для высвечивания колодцев. В длительных одиночных выходах так спокойнее.
Поднимаюсь по наклонке к следующему колодцу. Веревка привязана к здоровенной глыбе, здесь уже ничего не забито – Саша скинул веревку вниз, приспустился, но ему не хватило 4 метров до дна. Спит, еще 2 на перестежках, дно. Прилег отдохнуть – начинает чувствоваться усталость. Зато уж теперь будет первопрохождение. На него осталось полтора мешка веревки и всего 3 уха, так что далеко не уйти. Поднимаюсь на навал камней, метров 50 хода шириной от 2 до 4 метров, потолок теряется в темноте, почти везде сверху капает. Странно, глубина меньше 300 м и такая длинная горизонталь… В конце проход сужается, сильный ветер, камниместе между камней, добираюсь до ручья, но это явно не лучший путь, надо конечно идти поверху.
Перила за глыбу. Долго чищу выход в колодец, один шатающийся камень оставляю – ничего не могу с ним поделать.


Жизнь коротка, а дел много!!

Сообщение отредактировал квадрат - Четверг, 14.01.2010, 23:09
Чулышман 14.01.2010 / 16:47 / Сообщение 2
Оффлайн
Сообщений: 8562
Награды: 33
Репутация: 860
квадрат, всё хорошо и интересно,но конец рассказов как-то оборван,слов не хватает,проверь плиз.


Мир скучен для скучных людей.
квадрат Автор 14.01.2010 / 22:38 / Сообщение 3
Оффлайн
Проверенный
Сообщений: 247
Награды: 2
Репутация: 28
Спит, еще на перестежке, дно. Дальше колодец 7 м, аккурат хватает небольшого конца веревки, мешок со 120-метровым концом d11 остается нетронутым.
Поднимаюсь на следующий завал. Впереди - крутой спуск, эдак с устатку и навернуться можно. Кидаю камни далеко вперед по ходу, они стучат куда-то вниз. Значит, спуск с завала есть. Возвращаюсь к месту ухода ручья, пролезаю чуть выше русла. Уступ, дальше вроде свободно. Начинаю слезать вниз, и тут приходит четкая мысль, что, пожалуй, на сегодня хватит – проход дальше есть, забивать все равно нечего, середина ночи, да и устал, опять-таки навернуться можно…
Собой вполне доволен – забил 12 спитов, со вкусом навесил несколько колодцев. Теперь наверх. Не спеша, бреду по пещере, не спеша, поднимаюсь по веревке. Никто не подгоняет, можно и вздремнуть на навеске. Зал на 110 м воспринимается уже как почти домашний. Попил водички, что-то съел. Чуть выше встречаю Сашу Дегтярева и Катю, которая тащит до -300 еще один мешок с веревкой. Оказывается, уже 9 утра. Рассказываю о том, что прошел, высказываю замечания по навеске, а Саша мне – по поводу позднего возвращения, и мы расходимся в разные стороны. А вот уже и поверхность. Не спеша, снимаю сбрую, иду в лагерь. Ребята вышли еще ночью, теперь Александра переписывает пикетажку. А мне бы уже пора зашить комбез.
К нам в гости приходят Олег Цой с сыном, Саша Озерков и новомосковцы, возглавляемые Сергеем Поповым - они, наконец, забросились к МиКо. Пьем чай, мило беседуем.
Около 12 ночи вылез Дегтярев – прошел с 300 до 450 м, два колодца по 50 м, внизу – ползун метров 10, который он преодолел, сняв сбрую, и дальше снова колодец. Забил 5 спитов, из них 3 на верхних 30 м, и по одному на каждый пятидесятник. Навесил всю веревку, которая у него была, а было немало. Выражает надежду, что мы пройдем дальше. Я отвечаю в том духе, что на этот счет он может не беспокоиться. Сам думаю, что в ближайший выход первопрохождение мне, судя по всему, не светит.

С утра в лагере появляется Саша Озерков и говорит, что потерялся один из новомосковцев. Когда они перебазировали лагерь на несколько сот метров в менее заметное место, он вышел с рюкзачком из старого лагеря между двумя группами, а в новый лагерь не пришел. Быстро спохватились, обегали все воронки, сбегали вдоль тропы - никаких следов. Выяснилось, что он исчезал и в “домашних” условиях – как-то потерялся и обнаружился лишь через некоторое время в Воронеже. Цой с сыном пошли с утра на Дурипшский перевал, другие в долину Дзбажи, которая течет между Хипстой и Турецкой шапкой, а Саша Озерков – к нам, выяснить, не видели мы его, и взять бинокль, чтобы осмотреть с хребта холмы.
Саша Дегтярев сбрасывается вниз. Я запрашиваю прогноз погоды.

sms 19.08.2005 11:52 Гомарева, Люба
На вас идут дожди sad 19-20 с просветами, а с вс – вообще .опа!

Ну что ж, сегодня мы лучше поработаем вверху пещеры. Завтра – вниз, куда дойдем. А потом отдохнем со вкусом – в дождь хорошо спится, а на паводки в пещерах мы уже насмотрелись, спасибо.
Ребята идут снимать зал, я за ними – расширять узости на -40, а то муторно в них с мешком и тем более двумя подниматься. Уже перед спуском обнаружил, что забыл в лагере тикку. Интересно, что будет, если у меня потухнет свет – запсвета нет, навеска на участке -36-96 м вынута, так что ребятам тоже не подняться. Но в моей антикварной фаре за 15 лет эксплуатации только лампочки перегорали, как-нибудь заменю, в крайнем случае, можно на ощупь до входного колодца вылезти, а там по навеске.
Погрузившись в эти мысли, снял веревку, поднялся к началу узости – дергаю веревку – не идет, одну из перестежек забыл снять. Быстро вешаю снова, спускаюсь, поднимаюсь, опять дергаю – оказывается, я забыл снять 2 перестежки! Наконец вытянул, протащил все через узости в зальчик под входным колодцем, можно работать. 4 дырки в узости прямо под входным колодцем, 4 буха. Теперь – 4 дырки в самом низу, над следующим колодцем. Одному работать здесь очень неудобно. Уже стал закладывать заряды, когда снизу раздались голоса. Причем я слышу, о чем они говорят, меня же им не слышно. Бухнул, как все загрохотало вниз! А товарищи все еще, судя по голосам, где-то под колодцем. До них правда только мелочь долетает. Наконец догадались уползти обратно к залу. Еще бухи, еще кувалдой, спускаюсь с навеской вниз, тщательно отчищая колодец от камней. В лагере около 12 ночи, поздновато, туман.
Гурам рассказывает о непрошенных гостях. Вечером они сидели с Катей под тентом, и ему послышался шум в стороне его палатки. Взял автомат, вышел, посмотрел – двое с фонариками типа “жужа”. На всякий случай издалека представился – вдруг это новомосковцы или саратовцы, они с той же стороны приходили – фонарики погасли. Выстрелил из автомата – послышался топот убегающих вниз по склону. Сделал вывод, что шпана какая-то с обрезами, потому как если бы у них были автоматы, то ответили бы.

Днем мы снова у входа. С собой взяли перф с маленькими аккумуляторами, 2 шлямбурных крюка, 10 спитов, 8 ушей и кувалду. При спуске отрезаю от висящего на третьем колодце конца 77 м излишек – бухточку метров на 25 и прихватываю с собой: пригодится, веревку все равно надо будет при пробитии колодцев заменять.
На втором мокром быстро забиваем с помощью перфоратора 2 шк и 2 спита. При этом новых столь дефицитных ушей не использую – перекручиваю их с освободившихся дегтяревских спитов. Наверно, 7 крючьев на 33 м колодец многовато, но зато навеска теперь паводкобезопасная и можно ходить в комбезе. На -300 малость расширил кувалдой проход вдоль ручья. Еще небольшой уступ – и навеска. Неудобно вывешиваться и близко к воде, надо переделывать.
Решаем, что ребята спускаются до верха 50-тки по существующей навеске и оттуда идут вверх с топосъемкой, а я пока крючья бью. Ругаясь, они по очереди подолгу вывешиваются над колодцем – не хотят, вылетая маятником, резко нагружать единственный крюк. Не у всех такие длинные ноги, как у нашего первопроходца, не хватает их для распора. Удивленные возгласы продолжились и при дальнейшем спуске по штурмовой навеске. Веревка идет через довольно острый край полки – примерно так иногда вешали при трос-веревочной технике.
Долго думаю, куда забить, забиваю перильный крюк, затем – над колодцем, но повесить новую веревку не успеваю – мимо меня проходит топосъемка. Перекручиваю ухо со старого спита на новый, спускаюсь, на промежуточном уступе забиваю еще один спит, голоса товарищей постепенно перестают быть слышны. Два спита Дегтярева, уступчик и верх 50-тки.
Опять долго думаю, куда бить. Я вообще боюсь высоты, а этот колодец глубокий и широкий. Наконец перевесил, поехал вниз. Ну, вот вроде место для промежуточного крюка хорошее. Подтягиваю веревку, и тут обнаруживается, что для перестежки ее не хватит – привязана снизу… Спускаясь, прыгаю, как чертик на веревочке. В самом низу – легкий душ, большая часть воды уходит в щель в полу. Быстро спускаюсь еще на 2 небольших колодца – здесь Саша Дегтярев сделал хорошую навеску за выступы стены, проходов для 10-ти ее более чем достаточно, бить сейчас ничего не надо. Да у меня и осталось с собой всего 2 спита, еще от одного я клинышек в глубокую лужу уронил. Вот и верх следующей 50-тки, здесь лежит бухта веревки. Пора возвращаться.
Перевязываю под верхней 50-ткой веревку так, чтобы хватило для перестежки. Поднимаюсь метров на 20 до появления стены на доступном расстоянии, закачиваюсь, цепляю карабин за раковину в стене, забиваю 10-й крюк. Теперь наверх! Распевая песенки, выхожу в зал-110. Меня не дождались, уже часа 3 как ушли, и правильно сделали. Оставили записку, чай и перекус. Ем, пью, и вот уже поверхность. Обнаруживаю, что по пути из зала через дырку в кармане вылетел нож со швейцарского спелеоконгресса с ключом для спитов. Можно рассматривать как подношение пещере, она того достойна, но надо будет все же поискать. Раннее хмурое утро, темные тучи. Дождь по-настоящему ливанул, когда до лагерного тента мне оставалось дойти 15 м. Успел!
Александра сидит под тентом, который время от времени норовит сорвать ветер, переписывает пикетажку. Саша Гусев строит нитку хода – верх первой 50-тки расположен на глубине 330 м. Я, собрав волю в кулак, пришиваю заплатки к комбезу. Как же я не люблю шить руками! А для навески у нас осталось всего 4 спита и 2 уха…

К вечеру следующего дня дождь стихает, остается туман. Выхожу за хребет к Цою. На гребне сильный ветер. Переваливаю, спускаюсь на тропу. Лагерь должен стоять в стороне от тропы. Все время прислушиваюсь, наконец, улавливаю голоса. Сворачиваю на них и через несколько минут выхожу из тумана прямо к кухне, к вящему удивлению сидящих там аборигенов.
Оказывается, пропавший новомосковец нашелся в тот же день (повезло, на следующий день погода резко испортилась) с помощью нашего бинокля – был обнаружен с гребня хребта на холмах между Хипстой и Акугрой сильно правее тропы на Дурипшский перевал. Теперь даже при походе в туалет ему назначается контрольное время.
Раскопки снега в МиКо пока к успеху не привели. Меня отводят к большому колодцу с вертикальными стенками, в 10 м ниже – снег, под него уходит веревка. Вот это и есть МиКо. Вытаскиваю GPS, записываю координаты. Высота входа – 2147 м.
Предложение поучаствовать в прохождении Иллюзии встречает живой отклик. И вот мы уже втроем (Олег Цой, Саша Озерков и я), прихватив уши, крючья и несколько небольших веревок, в сумерках выходим в наш лагерь, чтобы с утра выступить в пещеру.
Встали с восходом солнца. Очень долго одевались у входа – ждали, пока приблизится человек, появившийся вдали на гребне. Он сообщил, что снежную пробку на входе в МиКо вчера вечером, наконец, прокопали. Значит, завтра надо будет согласно договоренности отдавать пару длинных веревок, метров 120. Быстро спустились до -400, с собой мешок веревки, перф и все для горячего перекуса. Топосъемщики вышли в пещеру на пару часов позже нас.
Верх 50-тки. Здесь Саша Дегтярев забил спит, скинул веревку и спустился через все перегибы до дна. Пожалуй, лучше повесить по правой стене в стороне от воды, но так как один спит в левую стену уже забит, для экономии времени засверливаю в ней же дырку для перильного шк. Съезжаю метров на 15-20. Ага, справа – ровная сухая полка, откачиваюсь туда. Полка выводит в отдельный совершенно сухой колодец. Спускаясь ко мне с перфом, Олег обнаруживает, что метрах в 5 от верха оплетка сильно потерта. Забиваю перильный шк, пока бью спит над колодцем, товарищи перевешивают веревку. Новой 50-тки хватает как раз до дна.
Под колодцем уступ высотой метра 2, вешаем веревку типа “рыбшнур”, и зал, можно, если бы пол был поровнее, лагерь поставить. Колодец 8 м – и спуск к ручейку, уходящему в долгожданный ползун Дегтярева. Вода появляется из наклонной щели, наверно он оттуда и пришел. С кувалдой устремляюсь в ползун, круша перья и выступы. В общем, достаточно широко, можно и не ползать, только у меня оба сапога на гидре воду через подошвы пропускают, поизносился… А ведь еще весной были новыми, за две экспедиции стоптал. Расширили, забили стандартные 2 спита над следующим 15-метровым колодцем. Но есть-то как охота! Возвращаемся, завариваем чаек, едим. Оставляем на месте еду и перф, с собой только мешок веревки и пробойный набор.
Под колодцем вода окончательно уходит куда-то. Крутонаклонный ход, уступы метров по 5, далеко внизу слышен шум ручья. Вешаем “рыбшнур” за ео. Наконец площадка, к ручью можно спуститься по одному из двух колодцев метров по 20-25. Забиваю в наклонный потолок 9-й по счету крюк, съезжаю вниз. Вода вытекает из узкой щели метрах в 10 выше по течению. Идя вниз вдоль ручья, разбираем камни, чтобы не надо было делать навеску в более широкой части. За коротким сужением – колодец метров 7, вешаем последнюю веревку: перила за глыбу, а над колодцем вяжем ее за какой-то маленький пенек с тонкой ножкой. Всем троим он не нравится, по очереди качаем головами и цокаем языками, но, тем не менее, привязываем. Чувствуется усталость.
Спускаемся, смотрим. Зальчик диаметром 3 метра и узкий проход к следующему колодцу. Кидаем камни. Звуки от мелких заглушаются шумом водопада, крупный летит долго, метров на 30, потом еще пару раз отскакивает, веревки же осталось метров 10. Максимум, что можно – спуститься на полку, только для этого надо 2 спита бить, иначе аккурат по воде получится. И тогда удастся просветить метров 20 колодца. А надо ли?
Олег вылезает наверх к “пеньку” и долго в очень неудобной позе бьет спит. Как закончит, я, если еще не подойдут топосъемщики, попробую забить спит над следующим колодцем и приспуститься до полки. Начинаю подмерзать, попрыгал на месте, помогло. Голоса топосъемщиков приближаются, и аккурат к их приходу веревка, наконец, нормально повешена. Александра спускает мне конец мерного шнура, топосъемка закончена. Время – 12 ночи.
Если на маленьких колодцах повесить старый “рыбшнур” и поотрезать мелкие кончики от уже висящих веревок, можно наскрести на 30-40-метровый колодец. Однако потребуется еще один выход, так что игра не стоит свеч. А ведь надо еще 2 длинных конца в МиКо отдать, как договаривались. Остается выемка.
Саша Озерков и Олег выносят перф, аккумуляторы, пару своих веревок и всякую мелочь, Саша Гусев и Саша Власова подтаскивают снятую веревку к местам базирования, я иду последним и снимаю навеску. За 2 колодца до зала-110 порядок меняется: теперь навеску снимает Саша Власова, а я иду на выход. По дороге тщательно и безуспешно ищу швейцарский спелеонож с гаечным ключом. У входа кто-то из новомосковцев уже ждет веревку со входных колодцев. В лагере на кухне на видном месте лежит мой нож – его нашел ушедший ранним утром вниз к морю Озерков.
Саша рисует топонитку – мы остановились на глубине 513 м. Редко кому удавалось "углубить" пещеру на 500 м за одну экспедицию. До реки Снежной осталось 300 м по вертикали и 600 м по горизонтали. Какими будут эти метры? И сколько времени понадобится для их прохождения – несколько дней следующим летом или несколько лет?
Информация к размышлению: пещера Меженного была найдена летом 1979, а соединена со Снежной осенью 1983 во время 11-й по счету экспедиции.

sms 24.08.2005 А.Ш. – Андрею Пильскому
Прошли Иллюзию до -513м. Кончилась веревка. Грузите ананасы бочками.

Весь день и следующее утро убираемся, собираем и упаковываем базовку на будущий год. Во второй половине дня выхожу с Сашей Гусевым к Иллюзии. Собрав там 2 больших мешка мусора, идем в район вершины Хипсты. Осматриваю 2 дыры с сильным током воздуха – К5, глубиной метров 12-15, и еще одну, помельче. В К5 воздух в основном уходит в щель на уровне полки на 7 м, немного на дне, во второй дыре – вообще в 3 м от поверхности. Можно работать. И надо на следующий год попробовать пройти дальше в псевдо-K5 (вход на 2478 м, у самой вершины (2495) Хипсты), там я в прошлом году спустился на метров на 15. В лагерь идем уже в темноте, временами накрапывает дождик.

Сброска прошла при идеальной погоде - пасмурно и без дождя. Генератор и прочие аккумуляторы погрузили на лошадь. На Банке Гурам встретил хороших знакомых, поднимающихся на соседний балаган. В процессе разговора на предложенную старшим из поднимающихся вечную тему "ты меня уважаешь", но только по-абхазски, ему пришлось выпить около 0,5 л чачи. Уважение Гурам таким образом доказал, но идти дальше ему было очень трудно. На Луже пришлось устроить тихий час. У начала подъема встретили ушедшую далеко вперед Александру – она уже успела сходить в Дурипш, и Руфик пригнал машину. С собой она заботливо взяла пакет помидоров, которые мы тут же и съели.
Барахло покидали в кузов, сами залезли туда же и медленно поехали. Гурам сел на лошадь. Заключительная картина: по разбитой лесовозной дороге, кренясь то на один, то на другой борт, едет ГАЗ-66, за ним, иногда с гиканьем обгоняя, горец на лошади. Всадник с сигаретой в зубах нетрезв и сидит в седле под углом градусов 30 к вертикали, временами сползая чуть ли не под пузо лошади, но, естественно, являясь настоящим джигитом, не падает.
***

E-mail, 7.09.05. Д.Усиков - А.Шелепину.
Алексей, поздравляю вашу команду с великолепным успехом в Иллюзии! Наконец, давно заслуженная награда за много лет упорных трудов! ...

E-mail, 5.10.05. А.Шелепин - Д.Усикову.
День добрый! Да уж, ослиное упорство иногда вознаграждается smile - я занимался поиском верхних входов на Хипсте летом 86, 87, 90, 91, 92, 2001, 03, 04, и, наконец, 2005...
ноябрь 2005

Часть 2. УГЛУБЛЕНИЕ ИЛЛЮЗИИ

План

Сроки экспедиции – с 23 июля по 3 сентября 2006 г. Состав – более 20 человек, по ходу дела люди приезжают и уезжают, минимальный срок – 2 недели. Специально приглашали Татьяну Немченко и Антона Саакяна, который не поехал, по умолчанию – всех, кто участвовал последние годы в поисках верхних и нижних входов в систему Снежной.
Работа планируется одновременно в 2-х ветках Иллюзии: на -513 и в месте ухода объемов и воздуха на -300. Навесочное снаряжения у нас взято на обе ветки до глубины -870, где ожидается соединение с п. Меженного. Если вдруг все быстро соединится, то снаряжения хватит на одну ветку и траверс. С собой 100 общественных спитов плюс личные запасы, 4 подземные палатки, 3 аккумуляторных перфоратора, 3 комплекта аккумуляторов. Чужеземельцы будут копать еще более высокие входы.
Планируется также восстановление памятника А.Морозову, А.Кореневскому и А.Преображенскому, для чего надо доставить наверх 2 мешка цемента. Построенный в 1986 г, он к настоящему времени практически разрушился.
Что касается меня, то участвовать в первопрохождении пещеры в первой половине экспедиции не планирую. В составе экспедиции хватает людей, хорошо умеющих это делать. Мои задачи – общая координация и обустройство пещеры: навеска до -300 – я хорошо помню, где забиты спиты и что надо переделать, провешивание телефонного провода, строительство удобных лагерей. И, конечно, надо направить силы физтехов на исследование потенциального продолжения на -300. Народу столько, что лучше всем в одной ветке не толкаться. Четкое желание работать в глубокой ветке изъявили Татьяна Немченко и Саша Дегтярев, физтехи (Юра Евдокимов, Коля Хмелевский, Максим Попов) согласились на работу в еще не обнаруженной ветке.

Заброска

Цемента в Гудауте нет, sim-карт местного мобильного оператора тоже – старую партию продали, новую еще не напечатали. Экспедиционное барахло ждет Василича с его вертолетом в Дурипше, в то время как Юра Евдокимов и Женя Керченский, которому надо лететь в район Пантюхинской, вдохновенно торгуются с ним в Сухумском аэропорту по цене и по весу. В ход идут нормативные документы, согласно которым производятся расчеты. “Эх, опять на…ся”, - грустно говорит Василич в качестве последнего аргумента.

28 июля в 7.30 вертолет взлетает с Дурипшского ипподрома, унося, кроме 1300 кг полезного груза, литров 30 пива, Сашу Дегтярева и Ольгу Дубровскую в качестве “худенькой и легкой девушки” (ее задача – написание монументальных полотен “Иллюзия” и “Снежная”). Накануне Ольга сделала попытку подъема, но так как идти пешком ей очень не хотелось, то по ошибке уехала к лесорубам в долину Хипсты, откуда вернулась только к 11 вечера.
Мы зашли наверх пешком еще 26-го (два дня мне приходилось вставать в 5.20 и выдавать на вертодром справки о погоде) и по просьбе Василича дымим костром на месте посадки, чтобы он определил направление ветра. Слегка покачиваясь, вертолет аккуратно присаживается на прошлогоднее место, от винтов до склона остается метра полтора. Генератор, памятуя прошлогодние события, Саша сгружает мне в руки. Весь день таскаем мешки и сумки.
Вечером идем с Максом навешивать входной колодец, разбиваем на два верхний 30-метровый пролет, а то при подъеме приходилось долго ждать. После чего Ромы делают на -40 три буха, еще более расширив самое неудобное место вертикальной узости.

А-ветка

29 июля с утра достаем из мешков и укладываем веревку и снаряжение. К часу дня необходимое для навески собрано. При этом все смотрят на меня, как на главный тормоз важнейшего процесса скорейшей загрузки. И я таки торможу целый час – начинает накрапывать, но дождика так и не случается и в 2 дня приходится выходить.
Наша с Максом цель – навесить до -300, Макс при этом тащит 2 мешка. Двумя колодцами ниже зала-110 нас догоняют вышедшие с мешками на 3 часа позже Дегтярев и Немченко. Татьяна делает правильное замечание, что выход в отвес после длинных горизонтальных перил должен начинаться с 2-х спитов, а не одного. Они поднимаются и улучшают навеску на этих двух колодцах. Когда мы забиваем спит на К12 (-200 м), они снова догоняют нас, тут же подходят Коля Хмелевский c Юрой Евдокимовым.
Обсуждаем, что делать дальше. Юра и Коля готовы взять все мешки и идти вниз, предлагают мне идти с ними без мешков - навешивать. У них есть запасной тонкий спальник, которым они планировали накрываться, и я могу взять его себе. Думаю. Оно, конечно, холодно в нем будет. С другой стороны, тогда сегодня наверх вылезать не надо. И главное, как не объясняй, где, по моему мнению, должна начинаться новая ветка (а, возможно, там придется бить горизонтальную дорожку), в незнакомой пещере легко перепутать, не найти ее и уйти вниз. Соглашаюсь.
Достигаю дна второго мокрого колодца (К33, -260 м), поднимаюсь к началу К24. И думаю – а ведь внизу под К33 вполне можно поставить палатку. Возвращаюсь. Спускается Коля. Три мешка висят под ним, один на спине. И ему в голову тут же приходит аналогичная мысль о палатке. Наконец со словами “А что это вы здесь сидите?” появляется Юра. Популярно объясняем и приступаем с Колей к строительству площадки. Строительного материала мало, и со стороны процесс смотрится немного странно: 2 часа 2 солидных дяди ходят кругами по залу, выковыривают камушки, по большей части величиной с грецкий орех, и кидают их в кучку.
Поставили палатку, поели, легли спать. Спальник действительно тонкий, так что раз в час просыпаюсь, минут 10 занимаюсь физическими упражнениями и снова засыпаю. Часов через 5 готовлю еду, питаемся и снова ложимся спать. Стало теплее.
С утра идем на -300. Поднимаемся на навал камней, поверх которого уходит основная часть воздуха. Вперед видно недалеко: меандр поворачивает. Юра вешает веревку за камень и спускается метров на 7, немного проходит по полке. Голос его становится явно заинтересованным, говорит, что за небольшим колодцем есть горизонтальный ход. Бьет спит, спускается, закачивается метра на два к краю полки, вылезает на нее и вскоре напрочь исчезает куда-то, его не видно и не слышно. Ждем, потом тоже спускаемся. Дальше пройти можно, но как-то стремно: через несколько метров в полу большая дырка к 50-тке. Коля бьет спит для страховки, проходим метров 20 по горизонтали и попадаем в зал, в нем внизу виден Юрин свет. Приспускаюсь – крутонаклонная плита со сползающей по ней щебенкой и камнями, легко соскользнуть. И как здесь Юра прошел?
Юра говорит, что ниже большой завал, много ходов, и он нашел проход к колодцу глубиной 80 м (по времени полета камня). Коля идет за веревкой в лагерь-260, а мы с Юрой – вниз. Выход в колодец не очень удобный, узковатый. Пока Юра собирается забивать, я нахожу рядом дырку вниз, спускаюсь метров 10 и подхожу к колодцу по удобной полке. Отсюда до дна уже не 80, а 70 метров. Колодец не только глубокий, но и широкий: округлое сечение, до противоположной стенки метров 15.
Юра спускается ко мне и приступает к забитию, а я иду наверх. По дороге встречаю на только что провешенных колодцах Колю. Начинаю ему объяснять, что, по моему мнению, лучше перевесить – вместо верхнего колодца сделать перила к началу прошлогодней навески, чтобы не лазить на завал. Он встречает это без должного энтузиазма, и когда я для лучшей доходчивости повторяю тезис в 3-й раз, заявляет, что кончал музыкальную школу и имеет музыкальное образование.
Часам к семи дохожу до лагеря-260, перекусываю и только собираюсь подниматься дальше, раздаются голоса. Это спускаются Макс, Саша Дегтярев и Таня Немченко. При выходе несколько раз измеряю температуру воды и воздуха. Если на -260 было около 3.3°, то на -110 3.1-3.2°. Вылезаю около 3-х ночи.

1-го августа в гости к физтехам идут Рома Павлов с Аленой Кислициной, Алена остается в лагере-260 и выходит наверх 2-го днем с Колей. За три выхода физтехам удалось дойти примерно до -610 м, донная часть – квазигоризонтальный ручей, в конце он уходит в мокрый узкий ход, где не дует. Рядом есть сухой с сильным ветром, упирающийся в завал. Одновременно Татьяна и Саша в своей ветке, поставив там лагерь на -400, дошли до -595 м, где наткнулись на узость, в которую уходят вода и воздух. Мы с Сашей Гусевым идем навешивать телефонку до -96, на дне входного колодца встречаем поднимающихся Юру и Макса.

3-го августа с утра сбрасываются физтехи и трое чужеземельцев. Вешаем с Гурамом 600 м провода до пещеры, приехавшая Саша Власова в качестве акклиматизации тянет телефонку от -96 м до зала-110 по узости, по необходимости забивая дюбели через каждые 2 м. Вечером Рома Семенов, получив из Москвы очередную sms-ку от скучающей без него девушки, понимает, что находится не там, где надо, и в 6 утра бежит догонять спустившихся товарищей.

Группа обеспечения

4-го вечером загружаемся втроем – я, Власова, Гусев. Я провешиваю полевик до лагеря-260. Забываю в зале мешочек с ножом и молотком, так что перф и аккумуляторы, которые тащу, оказываются бесполезными, а провод приходится при сращивании зачищать зубами. Последнее делаю очень осторожно, так как предыдущий (15-летней давности) опыт общения с полевиком оставил на них свой след. Голоса Саш все время, то сильнее, то слабее, слышны впереди. Дохожу до лагеря-260, когда Александра уже засыпает. С утра снимаем лагерь, чтобы перенести его на -320 м в зал в начале пройденной доблестными физтехами А-ветки. Мешков много, все берут по 2, и еще 2 остается. Навешивать телефонный провод с 2 мешками получается довольно медленно, и на длинном завале меня по очереди обгоняют Саша Дегтярев, Татьяна Немченко, Саша Гусев и Рома Павлов.
Несколько часов строим лагерную площадку. Сначала крупные камни, потом приносим 20 мешков щебенки и песочка с сыпухи. Заканчиваем глубокой ночью.

6-го Саши идут перевешивать перила и снимать окрестности, а мы с Ромой выходим на дно. По дороге к Х-колодцу (названному в честь Х-Коли) несколько расчищаем вертикальную щель и довешиваем до него полевик. Весь колодец прекрасно провешен, кроме, как и предупреждала Татьяна, последних 5 м – веревка лежит через ребро. И она обрезана на уровне пояса, так что даже оттяжки не сделаешь. Ну, ничего, здесь рядом есть наклонка, куда мы веревку и отводим, а Рома открывает счет забитым спитам.
Появившийся небольшой ручей уходит вниз сразу после 22-метрового колодца Малых Народов Севера (это уже в честь Юры, который в момент навески был похож на их типичного представителя). Дальше – сухие каскады. Веревка везде отрезана на уровне пояса – экономили. Ведь сам каскад Ядерным назвали – в том смысле, что ведет к ядру земли. На определенном уровне коремы вдруг стали короткими, на перестежках приходится применять силу – видимо, с приближением возможного соединения казалась существенной уже экономия 20 см на каждой перестежке. Но все-таки сильно сэкономить не получилось – после очередного спита висела небольшая бухточка. Мы еще не знали, что дальше до дна (а до него по вертикали оставалось еще 150 метров) навеска сделана без единого спита!
Последние две перестежки явно длиннее 20 м, наконец, спускаемся на навал камней. По моей оценке, мы на глубине около 550 м. Г-колодец, Г-свойства которого так вдохновенно описывали товарищи, имеет по их словам глубину 60 м, после него еще какие-то уступы, колодец метров 15 и наклонный ручей. Общая глубина 610, так что, похоже, мы его уже прошли. Немного странно, вроде ничего страшного, хотя действительно за 20 м до дна известняки кончаются, и начинается темная слегка зеленоватая крошащаяся руками порода, в которую пытаться забить спит бессмысленно. Схему, нарисованную Юрой, я с собой не взял, понадеялся на память.
Ход по завалу слишком узкий, расширяем и вытаскиваем из него камни. За ним оказывается колодец. Навеска сделана за петлю, продетую через камни завала и охватывающую их. Рома спускается на пару метров и обнаруживает, что камень кг на 100, лежащий на небольшом выступе, покачивается. Делает попытку сбросить – не идет, а и если упадет, веревку побьет. Да и веревка его не касается, так что можно попробовать аккуратно спуститься, колодец вроде должен быть неглубоким, и Рома едет вниз. Сначала все хорошо, потом веревка начинает отклоняться и касается острого края камня, кричу вниз, но Рома отвечает, что колодец продолжается и остается только спускаться дальше. Тут я вспоминаю, что перед Г-колодцем был завал Дождевых червей. Точно, это Г-колодец… Хотя тогда по глубине нестыковка…
Еду за Ромой, метров через 30 приезжаю к обвязанной веревкой глыбе, за которой начинается глиняная наклонка. Тут вспоминаются слова Саши и Тани, посетивших эти места вслед за первопроходцами: веревка трется в 7 местах, а со стен отваливаются пласты глины… Веревка свешивается прямо с наклонки, пара перегибов, и еще метров через 40 сплошного провиса прибываю на дно. Уфф… Даже думать не хочется, как тут подниматься. Пара спитов на пару уступов, еще на перила, К15 и ручей, названный физтехами Яузой. Здесь есть неплохое место для лагеря, но камни придется изрядно поворочать. Идем вниз по ручью - уступ 3 метра, слезть, не промокнув, можно только в гидре или пластикате. Соответственно Рома мочит ноги. Навеска за выступ, потом за глыбу – и мы у цели: на стене висит мешок с веревкой, ручей уходит, сухой ход с сильным ветром приводит к завалу.
Воздух в основном уходит в верхней части завала. Такое впечатление, что это вывал с потолка, напоминает каменоломни. Разбираем посредством кувалды и фомки верхнюю часть, пока не утыкаемся в большие камни. Копать над собой неочень хочется. Осматриваю низ. Ведь если крупные камни падали с потолка, у стен могут остаться камеры. Вдоль правой стены есть некоторое пространство, расчищаем подходы, проникаю в него и просачиваюсь метра на полтора ногами вперед. Ноги утыкаются в камни, но завал неплотный. Часа через два временно отступаем.
На Г-колодце отвязываем веревку снизу, и я забиваю спиты в 15 м от дна и в конце глиняной наклонки. Над срединной глыбой делаю оттяжку, чтобы веревка наверху не касалась неустойчивой глыбы с острым краем. Когда поднимаюсь, она все равно касается – похоже, с какого-то камня в завале немного съехала петля. Стараюсь идти плавно, но все равно страшно. Вылез, поправил петлю. По дороге перевязываю некоторые узлы, удлиняя, где можно, коремы. Под Х-колодцем мне так захотелось спать, что пропустил вперед Рому, и проснулся, когда он кричал “свободно” уже с 3-й или 4-й перестежки. В результате пришел в лагерь на полтора часа позже него.

7-го мы отсыпаемся, Саши делают топо и вешают полевик на Х-колодце, а также продолжают снимать ходы в завале.

8-го мы с Ромой идем устанавливать лагерь-600. На каскадах делаем еще одну оттяжку и провешиваем полевик на паре колодцев. Разматываем маленькую подвязанную к крюку бухточку наверху последнего колодца каскадов. Появляется еще один узел, который надо переходить, но высвобождается несколько метров веревки, и мы получаем возможность перевесить верх Г-колодца.
Заодно пытаемся убрать здоровенный камень, покачивающийся над началом горизонтального прохода в завале, ведущего к Г-колодцу. Ронять нельзя - перекроет проход. Рома мастерски обвязывает его веревкой, тянем, почти вытянули. Цепляю ус за петлю на камне и показываю, как надо тянуть становым усилием. Раздается треск – ус-то страховочный и должен амортизировать при рывке. Вот и самортизировал, нитки порвались на трети его длины, можно выбрасывать… Вроде и не старый был, всего два года как купил. Сила есть, ума не надо... Рома предлагает встегнуться жумаром, но тут уж я отказываюсь, связываю усы из веревки и вновь применяю становое усилие. Вытащили, откатили.
Спит на перила и на начало навески – теперь петля вокруг камней не будет прокручиваться, еще спит выше “срединного” камня, обмотанного веревками. Рома идет на дно колодца, а я пытаюсь найти место для крюка чуть ниже перегиба под глиняной наклонкой. Нахожу такое место, где порода достаточно прочная и ниже тереться не будет. Пока бью, с противоположной стены, в которую я упираюсь, из-под ног отваливаются куски глины. Уже заканчиваю, когда глина перестает отваливаться и обнаруживается выступ породы, на котором можно стоять. Так что забиваю метром выше еще один, более правильный, спит. Теперь веревка будет тереться только в одном месте всего в 2-3 м выше перестежки. Только вот при попытке повесить веревку понимаю, что получается внатяг. Съезжаю на 20 м, снимаю перестежку, снова поднимаюсь.
Когда спускаюсь к ручью, Рома уже занимается строительством площадки. Судя по наличию глины на стенах, она располагается см на 20 выше уровня самых больших паводков. Надо в ногах завалить яму глубиной 1,5 м, а в головах сделать что-то вроде арки над ручьем, так что работаем до вечера. Крышный полиэтилен не взяли – в мешках было мало места, поэтому угол палатки, на который льет с потолка, не растянут, ложусь по диагонали. Уже ночью, когда я делаю что-то под навеской рядом с палаткой, а Рома лежит в палатке, мы слышим звук падения большого камня. Непонятно, что и где упало, я на всякий случай быстро ухожу из-под колодца в палатку.
С утра поднимаюсь на крутую осыпь над палаткой, с которой мы брали строительный материал, и все становится ясно. От глыбы, лежащей на осыпи, отслоился камень в форме треугольника со сторонами 1-1,5 метра и толщиной от 20 до 40 см. Нам очень крупно повезло: он остался лежать полуметром ниже, немного зарывшись в глину от удара при падении. Сидеть в палатке больше не хочется, снимаем ее, чтобы устранить глыбу. Подходят топосъемщики, по пути вниз они закончили прокладку провода до нашего лагеря. Александру малость подмочило на 70-тке паводком.
Легким пинком ноги роняем глыбу, после чего больше часа безуспешно пытаемся скинуть ее с лагерной площадки. Отчаявшись, сверлим дырку в центре, заряд выплевывает. Задумываемся. Наконец, я приподнимаю край фомкой, а двое поворачивают камень. И минут через 20 мы ее таки спихиваем. Остается лежащая на глине глыба раза в 3 больше, от которой отвалился наш сюрприз. Смотрим мы на нее и понимаем, что висит она, что называется, на соплях. Александра сверлит, три буха, мы с Ромой долго стучим кувалдой. Потом легкий толчок сверху – и глыба с грохотом летит вниз, по дороге раскалываясь. Часть улетает в ручей, часть ложится на площадку. Полчаса поворотно-фомочно-веревочной технологии – и лагерная площадка свободна. Вечер.
Саша Гусев в гидре, и он остается со мной для работы внизу. Александра с Ромой возвращаются с топосъемкой в лагерь-320.
На следующий день выхожу вниз один – предшествующий выход Саши был дольше, чем мой. В течение часа вдумчиво навешиваю трехметровый уступ, забив спит в прочное включение. Теперь можно будет ходить по ручью в комбезе из кордуры. Подхожу к завалу. Методично расчищаю кувалдой, фомкой и скарпелью нижний ход под стеной. Наконец становится возможным залезть головой вперед, что и делаю, разбираю камни перед собой. Если светить в одну дырку, а смотреть в другую, поменьше, то видно, что завал кончается буквально через метр-два, дальше ход просматривается метров на 5-7. И мешает проходу пара камней, кувалдой их разбить можно, но не хочется – весьма неудобно и, главное, они могут упасть на копателя. Вот где бы пригодились несколько бухов, потраченных вчера на ползущий камень. Немного жаль, ну да ничего, если завал насквозь просматривается – значит, и прокапывается. Расчищаю, что расчищается, и переключаюсь на 20 м хода от ручья до завала. А то стенки цепляются кораллитами, камни расклиненные надо облезать, прямо ход “Прощай, комбез”… Через полчаса стало гораздо шире.
Наконец пол 11-го собираем по мешку на рыло и днем выходим наверх, без приключений доходим до лагеря-320. Залезаем в палатку, включаем горелку. Через некоторое время становятся слышны неразборчивые голоса – это идут Белые мыши. Вдруг – Буммм!!! – явно что-то упало, оно большое и не камень, голоса становятся существенно громче, но вроде не тревожные, значит - мешок. Наконец подходят – так и есть, по дороге Оля Ударцева уронила мешок в колодец прошлогодней ветви. Достали, да и мешок особо не пострадал. В течение полутора часов делаем 5 кастрю


Жизнь коротка, а дел много!!

Сообщение отредактировал квадрат - Пятница, 15.01.2010, 10:35
Чулышман 15.01.2010 / 09:02 / Сообщение 4
Оффлайн
Сообщений: 8562
Награды: 33
Репутация: 860
Ну вот,уже лучше.


Мир скучен для скучных людей.
Форум » Приют альпиниста, спелеология » Отчёты о восхождениях » Иллюзия (Изучение и первопрохождение пещеры Иллюзия (Абхазия))
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск: